Утиная охота

15 ноября 2011

Печать Печать

Термин «утиная охота» обозначает некую предопределённость: охотник, стреляя дробью по стае уток, не целится ни в какую конкретную птицу... Почему упала именно эта? Фаталисты считают — «так ей на роду написано». Нелепая гипотеза.

Утиная охота Термин «утиная охота» обозначает некую предопределённость

Изучение закономерностей в этой области всегда привлекало самых разных исследователей. К примеру, Чарлз Хой Форт (1874-1932) придерживался гипотезы о присутствии некой силы, разумной и управляющей... Он считал, что есть даже что-то ребячливое, подшучивающее над человеком, и часто — жестоко. Такое представление ныне может показаться довольно нелепым. Правда, таковым казалось оно и при жизни Форта. Тем не менее, нельзя ли в этом найти какое-нибудь зерно?

Учёный Джереми Нарби в книге «Разум в природе» утверждает: разум может быть и нечеловеческим. Ещё давным-давно скандинавы отмечали странные в своей последовательности и, казалось бы, не связанные совпадения, ставящие человека в трудное, но забавное положение. Так у них появилось некое божество, Лакки. По скандинавской мифологии, Лакки был изгнан за скверное поведение из Вальхаллы, дворца верховного бога Одина, и с тех пор он — среди нас.

Вспоминается недавний забавный случай — как бы злая шутка над грабителем. Бедолага попытал счастья в одном из кафе Барнсли (Йоркшир) и слишком поздно обнаружил, что в это же самое время там проходило совещание детективов... Не так давно в Австрии состоялся процесс над горным спасателем, обвиняемым в том, что он, получив по рации сигнал бедствия, не торопился на помощь... В результате альпинист-любитель получил обморожение. Спасатель оправдывался, что за последние полгода он уже трижды снимал «этого самого любителя с этого самого места», и вот, когда получил в очередной раз сигнал от «старого знакомого», он засомневался: уж не шутка ли это: именно в его смену, именно с того самого места, тот же самый сигнал. Этот любитель терял ориентиры на высоте в тысячу метров у одного и того же уступа как по чьему-то велению.

Адвокат спасателя перефразировал Хемингуэя: «Что понадобилось, ваша честь, этому леопарду на такой высоте, никто объяснить не сможет». Кажется ясным, что любое деяние человека происходит в согласии как бы с неким «промыслом». А сам он участвует в этом примерно так же, как свидетель, — влияет на тонкий процесс, наблюдаемый им. Но если человек слишком уж упорен в своих наблюдениях этого, то иногда процесс происходит с некоторым «приколом» над ним. Исследователь, слишком уж усердно взявшийся за поиск таинственных закономерностей, бывает — как бы наказывается... «Шутником, ребячливым и жестоким, — по словам Чарлза Форта. — Игру этого шутника можно иногда почувствовать даже до её явного проявления».

СЛУЧАЙ С ДРОБЬЮ

С некоторых пор и один мой знакомый увлёкся изучением принципа «утиной охоты». Человек вполне «офисный», Сергей считал себя, однако, и заядлым охотником. Ружьё служило этому блоггеру и для изучения гипотезы о предопределённости. Сергей пытался заранее определить, какая именно утка упадёт после выстрела», и даже уверял, что это частенько ему удаётся.

... Звонит его жена: мол, «её красавец» опять на болото собрался, да на предпоследней охоте вывихнул ногу, провалился в настил из ветвей, а на последней — «ему пыж попал прямо в глаз». И вот она, должно быть, наглядевшись на пострадавший глаз «своего красавца» и наслушавшись его рассказов о предопределённости, просит составить ему компанию — полагая, вероятно, что при мне ничего «предопределённого» с ним не случится: «Доставь, пожалуйста, его целым и невредимым. Я на всякий случай аптечку ему в рюкзак подсунула, хотя он и говорит, что это дурная примета».

На первую приозёрскую электричку Сергей опоздал. Вид у него в кожаной куртке с «индейской» бахромой (будто бы одолжил у Гойко Митича), среди дачников был удалой: шляпа со «счастливым» пером надвинута на пострадавший глаз, а забинтованный палец придавал даже некоторую отчаянность. «Палец — видал? Прищемил в ружейном сейфе... Вот и опоздал». Пока ехали, пришлось выслушивать пространные рассуждения Сергея о его способности делать прогнозы, исходя из неизученных ещё человечеством закономерностей. Если человек обладает особенным мироощущением (как сам он, Сергей), то, правильно проанализировав едва заметную последовательность в настоящем, — сможет проследить её и в будущем. Сергей не утруждал себя паузами, так как его «благодарный слушатель» не обладал столь тонким мироощущением.

«В прошлый раз вижу вдруг селезня. Каков, пернатый красавец! Утки плавают рядом, и селезень против ветра встаёт на крыло. И его подруги за ним. Стреляю — две кряквы падают, ему хоть бы что, а мне пыж в самый глаз! Видал? И ведь знал тогда, что в селезня не попаду. Вот, откуда знал? И странно: сразу и радуюсь, что это чувство оправдалось — что не попал в него. А сегодня наоборот: знаю, что именно какого-то красавца потревожу. Видал перо у меня сегодня на шляпе? Трёхцветное — на счастье!

Вот отсюда и стрелял в прошлый раз. Нравится место? Это была проросшая ветвями гать — хорошая засада. Уток не видно. И слава богу — нет охоты, нет и «предопределённости»...

Э-э, нет! Чувствую, что сегодня именно здесь хороший дуплет получится. И — как отклик на его слова — раздалось кряканье. Над самой водой, из-за тростника, вылетели утки. Сергей вскинул ружьё... Щелчок, второй щелчок — двойная осечка! И утки скрылись.

Я посоветовал поменять патроны, должно быть, отсыревшие. Но Сергей усмехнулся и сказал, что есть люди, слишком практичные, чтобы мыслить отвлечёнными категориями:

«Да ведь я объяснял, что принцип «утиной охоты» — в предопределённости. Среди уток не было красавца-селезня, и не для них была предназначена дробь. А патроны в порядке, менять не буду, ещё увидишь — они сработают: какой-нибудь красавец своё получит».

Вообще-то верно... Где могли бы отсыреть патроны? Вдруг мне почувствовалось, что-то незримо происходило. Казалось, запущен был какой-то тайный механизм, что-то должно было случиться, и оставалось ждать. Скандинавы сказали бы, что Лакки снова что-то затеял. Сергей всё поправлял шляпу со «счастливым» пером. В своей индейской бахроме блоггер выглядел вызывающе. Он словно участвовал в какой-то игре, но партия, однако, затягивалась. Напряжение как будто спало, и Сергей прислонил ружьё к берёзке.

Мы перекусывали на полянке в камышах, словно в гнезде. И мой друг, наконец, резюмировал свои умозаключения о тайных закономерностях. И опять создалось ощущение, что он был участником какой-то, уже давно начатой, тайной игры, и даже азартным участником. Засовывая фляжку в рюкзак, Сергей наткнулся на аптечку. «Опять подсунула лекарства. А ведь говорил ей, что дурная примета!» И опять — как отклик на его слова — ружьё, вдруг соскользнув по коре, ударилось о старый пень и выстрелило в камыши сразу из обоих стволов. По какой-то тайной закономерности, необъяснимым образом, несколько дробин, изменив направление, настигли Сергея.

«Видал?! — орал он, схватившись руками за уязвлённое место. — Нет, ты видал?!» Блоггер получил «смайлик» от Лакки — в ту часть тела, которая никак не предназначена для длительного обозрения.

ПЕРНАТЫЙ КРАСАВЕЦ

Тем не менее, Сергей верил в удачу, считая, что принцип «утиной охоты» сработал, хотя и не совсем так, как он себе представлял. Может быть, что-то изменилось именно оттого что он пытался прогнозировать? Но ведь, и в самом деле, некий «пернатый красавец своё получил». Так что он мог всё же это считать удачей — некоторой подвижкой в своих исследованиях? Как знать, может быть, — если человек не верит в удачу, это означает, что у него ещё не столь богатый жизненный опыт? И наверное, не зная тайных закономерностей, можешь спровоцировать какого-нибудь «небесного шутника» на розыгрыш.

Во всяком случае, мой «пернатый друг» не унывал: «Пока ходил на уток в одиночку, возвращался домой — не сказать, чтобы невредимым, но в общем-то целым, а теперь — с дробью».

  • 1963
  • Максим Сиверский
комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут добавлять комментарии. Войдите, пожалуйста.