Берестяная грамота: память веков

7 июля 2011

Печать Печать

Мы узнали о берестяных грамотах лишь полвека назад. Благодаря этим памятникам русской письменности мы имеем возможность узнавать образ жизни и ход мысли русского человека, жившего за тысячу лет до нас.

Берестяная грамота: память веков Берестяная грамота
Берестяные грамоты — документы и частные послания XI — XV веков, где текст наносился на берёзовую кору. Первые такие артефакты обнаружил отечественный историк в Новгороде в 1951 году в ходе археологической экспедицией под руководством А.В. Арциховского (1902-1978, историк, член-корреспондент АН СССР).

К 1970 году в Новгороде нашли 464 берестяных грамоты. Текст на них выводили примитивным методом — выцарапывали остро заточенным костяным или металлическим штифтом (писалом). Бересту предварительно обрабатывали, чтобы текст выходил чётким.

Берестяные грамоты археологи обнаруживали в слоях почвы, где сохранились растительные остатки и древний мусор. Основная часть грамот представляет собой частные письма, в которых затрагивались бытовые и хозяйственные вопросы, описывались житейские конфликты, передавались поручения. Также обнаружены грамоты несерьёзного и полушутливого содержания.

Арциховский указывал на грамоты с протестами крестьян против господ, жаловавшихся на свою участь, со списками барских повинностей. На берестяные грамоты наносились и денежные документы, некоторые архивы, исторические записи, завещания, любовные послания и прочая насущная информация.

Арциховский обнаружил берестяные грамоты, которые адресовались известным людям из новгородских посадников, а также их частную переписку с родственниками. Эти документы раскрыли перед нашими современниками тот факт, что на древней Руси грамотность находилась на более высоком уровне, чем мы ранее считали. Её изучали не только бояре и духовенство, но и низшие слои общества. Авторами некоторых берестяных грамот были простые женщины.

В музеях и архивах сохранилось немало поздних документов, написанных на бересте в XVII — XIX веках, найдены целые книги. Русский писатель и этнограф С.В. Максимов указывал, что лично видел в середине XIX века берестяную книгу у старообрядцев в Мезени (Архангельская область). В 1930 году колхозники на берегу Волги недалеко от Саратова, копая яму, нашли берестяную золотоордынскую грамоту XIV века.

Иосиф Волоцкий (1440-1515, основатель и игумен Иосифо-Волоколамского монастыря) писал, что лично видел в обители святого Сергия Радонежского «самые книги не на хартиях писаху, но на берестех».

В июле 1951-го на Неревском раскопе нашли берестяную грамоту №1. Она содержала перечень некоторых рабочих повинностей (позёма и дара) в пользу некоего Фомы. Находка указала нам, что при написании грамот почти никогда не использовались чернила. На ней текст был просто нацарапан на коре, но хорошо читался. В честь этой находки в Новгороде ежегодно 26 июля отмечается праздник — «День берестяной грамоты». Тот же раскоп принёс ещё 9 документов на бересте, опубликованных у нас только в 1953 году (открытие берестяных грамот не получило широкого освещения).

ГДЕ И СКОЛЬКО



Одной из последних сенсаций стало обнаружение в августе 2007 года первой берестяной грамоты в Нижнем Новгороде и в Москве. Причём найденная в Тайницком саду Московского Кремля чернильная грамота с описью имущества стала первым полноценным московским берестяным документом (ранее известная грамота № 1 и найденная грамота № 2 представляют собой небольшие фрагменты) и самой большой из ранее известных берестяных грамот.

Берёзовая кора, как материал для письма, получила распространение на Руси в XI веке и потеряла свою роль к XV веку, так как тогда отмечено распространение на Руси доступной по цене бумаги. А береста использовалась как подручный, но вторичный материал для письма, учебных записей, для отчётов краткого хранения. Её использовали в основном простолюдины как материал для частной переписки и личных записей, а государственные письма и официальные документы фиксировались на пергаменте.

Береста постепенно ушла из государственного документирования и частного быта. В одной из сохранившихся берестяных грамот (под грифом № 831), представляющей собой черновик жалобы чиновнику, учёные нашли указание переписать данный текст на пергамент и только затем отослать по адресу. Лишь немногие грамоты хранились долго: это два берестяных листа огромного размера с записью литературных произведений (грамота из Торжка № 17 и грамота № 893), оба обнаружены в земле в развёрнутом виде, а также две берестяные книги малого формата: там записаны молитвы (новгородская грамота № 419) и с текстом заговора от лихорадки (№ 930).

Найденные берестяные грамоты оказались на помойке, они попали в землю, когда в них пропала практическая надобность. А это значит, что находки археологов не связаны с древними государственными и личными архивами. Целые берестяные грамоты в момент обнаружения представляют собой свёрнутый свиток бересты с нацарапанным текстом на внутренней стороне коры (иногда на двух сторонах). Меньшая часть целых документов находится в грунте в развёрнутом виде. Текст помещался на бересте в строку, в большинстве грамот (как и средневековых славянских рукописях) без разделения на слова.

Значительную долю находок составляют фрагменты берестяных грамот, повреждённых уже после попадания в землю, но ещё чаще уничтоженных (разорванных или разрезанных) предварительно перед их утилизацией. Такая практика упоминается в «Вопрошании» Кирика — новгородца XII века, где вопрошается, нет ли греха в том, чтобы по грамотам «ходили ногами». Цель уничтожения грамот проста: секретность. В роли «постороннего» сейчас оказываются современные исследователи. Несмотря на то, что в интерпретации фрагментированных грамот накоплен значительный опыт и общий характер документа удаётся уловить в большинстве случаев, наличие оборванных букв и лакун часто затрудняет истолкование отдельных фрагментов (как с языковой, так и с содержательно-исторической стороны).

О ЧЁМ ПИСАЛИ НАШИ ПРЕДКИ



Большинство берестяных грамот представляют собой частные письма, носящие деловой характер. Сюда входят и долговые списки, хозяйские записи, поручения и коллективные челобитные крестьян. Обнаружены черновики официальных актов на бересте: завещания, расписки, купчие, судебные протоколы и т. п.

Сравнительно редки, но представляют особый интерес следующие типы берестяных грамот: церковные тексты (молитвы, списки поминаний, заказы на иконы, поучения), литературные и фольклорные произведения (заговоры, шутки, загадки, наставления по домашнему хозяйству), записи учебного характера (азбуки, склады, школьные упражнения). Огромную известность получили обнаруженные в 1956 году учебные записи и рисунки новгородского мальчика.

Важными историческими источниками назвал берестяные грамоты Арциховский. Большие монографические труды на эту тему принадлежат российским академикам Л.В. Черепнину и В.Л. Янину.

Берестяные грамоты считаются вещественными и письменными источниками. Места их обнаружения не менее важны для истории, чем их содержание. Вместо безликой «усадьбы почтенного новгородца» мы узнаём об усадьбе священника-художника Олисея Петровича по прозвищу Гречин и о следах навеса над помещением суда князя и посадника. Одно и то же имя в грамотах, найденных на соседних усадьбах, упоминания князей и иных государственных мужей, указание сумм, географических названий. В них говорится об истории построек, об их владельцах, их социальном статусе, связях с другими городами.

Благодаря берестяным грамотам изучается генеалогия боярских родов Новгорода. Обнаруживаются политическая роль горожан, недостаточно освещённая в летописи (Пётр-Петрок Михалкович, видный деятель от бояр XII века). Документы на бересте рассказывают о землеустройстве в Новгороде, об их экономических связях с Псковом, с Москвой, Полоцком, Суздалем, Киевом, даже Обдорской землёй (Сибирь). Челобитные крестьян, купчие и завещания XIV — XV веков свидетельствуют об установлении там крепостного права, о развитии судебной бюрократии. Мы узнаём о военных конфликтах и внешней политике Руси, о сборах дани с покорённых земель, открываем массу бытовых подробностей, которые нам никогда бы не узнать. Ряд первостепенных данных имеется по истории церкви, на бересте зафиксирована древность некоторых черт литургии, есть сведения о взаимоотношениях членов клира с жителями соседних усадеб, а упоминание Бориса и Глеба в списке святых в грамоте XI века почти совпадает со временем их канонизации.

  • 3859
  • Виктор Жаров
комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут добавлять комментарии. Войдите, пожалуйста.