Вооруженные нечистые силы

28 декабря 2006

Печать Печать

Склонность к мистицизму, наверное, свойственна всем. В период серьезных потрясений, кризисов и депрессий (неважно, в масштабе всей страны, семьи или отдельно взятой личности) эта склонность проявляется особенно.

Вооруженные нечистые силы Наибольший интерес к непознанному, мистическому и метафизическому проявляют в России силовые структуры, и прежде всего — Министерство обороны
Поэтому вновь в моду вошли целители, астрологи, гуру, провидцы и гадалки. И, наблюдая за сюжетом западных сериалов («Секретные материалы», например), многие допускают мысль, что где-то кто-то занимается «потусторонним» весьма серьезно, в обстановке повышенной секретности. Взять хотя бы спецслужбы... Это — не пустое предположение. Если «гражданских» ученых в экстрасенсах и эзотерических учениях интересует наука как таковая, то власть волнует практика: можно ли при помощи всей этой «чертовщины», тонких психологических технологий, экстрасенсорики, каким-либо образом воздействовать на электорат? Подобные исследования проводились и в третьем рейхе, и в СССР, и в США. Проводятся они и сейчас, в России.

Как выяснилось в ходе журналистского расследования, наибольший интерес к непознанному, мистическому и метафизическому проявляют в России силовые структуры, и прежде всего — Министерство обороны.

Армия — это государство в государстве, о котором нам известно не так много, как кажется. Мы знаем, что бегут солдаты, офицеры не получают денег, боевая подготовка оставляет желать лучшего. До сих пор уверены, что военная наука и медицина на высоте, и знаем наверняка, что мощная идеология, на которой некогда держался армейский дух, теперь мертва.

Не дождавшись обещанной национальной идеи, армия впала в глубокую депрессию, а инстинкт самосохранения заставил военачальников самостоятельно искать новые идеологические ориентиры. Энергичные поиски, подкрепленные мощнейшим научным и финансовым потенциалом, привели военных в область мистицизма. И это не случайность. По двум причинам. Во-первых, подобные разработки велись и раньше, а теперь в них возникла необходимость, а во-вторых, армейцы тоже люди, находящиеся в плену тех же иллюзий, что и домохозяйки.

Судите сами. Службу безопасности «Белого братства» почти целиком составили офицеры-«афганцы», а их новый «архиепископ» — полковник запаса. Среди «Свидетелей Иеговы» есть выпускники Академии им. Фрунзе. Один питерский адмирал оставил дела и возглавил пилораму в «Церкви последнего завета». Туда же отправился подполковник КГБ, а одну из ключевых должностей занял полковник, кандидат наук, преподаватель военной академии. Наконец, питерский капитан первого ранга из НИИ ВМ Флександр Бузинов посылает в Генштаб сводки космоастрологических прогнозов.

Специальные разработки в сфере «непознанного» требуют средств. Выясняется, что и это не проблема, поскольку у шатающейся государственной власти давно созрел социальный заказ: пусть хотя бы мистика, лишь бы сохранить президента.

Генерал-лейтенант Константин Петров в свое время основал движение «К Богодержавию», при помощи военных и гражданских специалистов разработал концепцию общественной безопасности «Мертвая вода» и «Достаточно общую теорию управления», основываясь на том, что причиной системного кризиса общества является «отрицание цивилизацией живой религии Бога Истинного», а также триединства материи, информации и меры.

Генерал заинтересовал своими выкладками многих депутатов Госдумы, убедив их в 1995 году провести парламентские слушания и рекомендовать концепцию для широкого обсуждения. Более того, предпринять небезуспешную попытку пробиться к Самому, отправив документы в администрацию президента.28 ноября 1997 года Татьяна Дьяченко, как известно, советник президента по имиджу и весьма серьезная дама, направила эту самую «Мертвую воду» зам. руководителя администрации президента М. Комиссару с предписанием «рассмотреть и дать ответ автору» (!).

К мистицизму склонно не только гражданское, но и военное руководство. В ноябре 1994 года член Комитета обороны Госдумы, бывший замминистра обороны, генерал-полковник Юрий Родионов и представитель министра обороны, военный атташе посольства РФ в Нидерландах полковник Юрий Чудов всерьез оценивали вклад «летающих йогов» из общества «Трансцендентальной медитации» в обеспечение мировой безопасности и «фундамент Рая на Земле» на конференции «Несокрушимая оборона», в числе устроителей которой значился Его Святейшество Махариши Махеш Йоги, автор концепции «Фланга предотвращения» и «Абсолютной Теории Обороны».

Но все эти странности — лишь верхушка айсберга, маячок, не очень серьезная, а иногда вовсе не серьезная обманка, позволяющая закамуфлировать истинное положение вещей.

В недрах Минобороны действует группа специалистов (в/ч 10003), руководит которой генерал-майор Алексей Савин. Спецы группы Савина уже давно на достаточно серьезном научном уровне занимаются «потусторонним»: собирают и анализируют информацию про оккультные и эзотерические учения, рассматривают всевозможные духовные практики и методы «экстрасенсорного» воздействия, работают над некими техническими устройствами, пытаются раскрыть «резервные возможности человека», изучают тонкие психологические технологии, используемые чисто интуитивно различными, в том числе и тоталитарными сектами.

Группа финансируется из госбюджета. Лоббирует свои интересы на самом высоком уровне. Проводит эксперименты на людях и пытается создать аналог национальной идеи — универсальную мировоззренческую концепцию, приемлемую для всех слоев общества.

От хобби — к лобби. Или ГРУ



Началось все в 80-х годах, когда армейские чиновники из наиболее прозорливых смекнули, что гос. идеология долго не протянет. И кто по зову сердца, кто по причине недалекости, а кто весьма прагматично, с дальним прицелом, стали приспосабливаться к новым веяниям. Одни читали Библию. Другие, приобщавшись к «высшему разуму». Третьи — к летающим тарелкам.

Командующий Дальневосточным военным округом М. Моисеев тоже отдавал дань моде. Главным увлечением Моисеева были НЛО. Чтобы не разочаровывать командующего, при нем наладили целую систему слежения, специально фиксируя необычные явления и случаи «контактов».

Когда же Моисеев стал начальником Генштаба, он обнаружил, что непознанным интересуются не только в Минобороне, но и в МВД, и в КГБ. Специально для Моисеева ГРУ подготовило аналитическую записку о том, что делается в этой области, сравнив отечественные успехи с достижениями Запада. Мы были впереди.

В конце восьмидесятых Моисеев нашел Алексея Савина, в те времена — еще полковника. Под его крыло перешла вся работа с необъяснимым, которая велась в Минобороне. Он возглавил группу, оформленную, как войсковая часть. И создал структуру, уникальную по своим финансовым и, конечно же, научным возможностям.

Специалисты из в/ч 10003, курирующие разные области (медицина, философия и проч.). активно искали любителей нетрадиционных подходов во всех мыслимых областях. Ездили в командировки. Обзаводились нужными связями.

В приемной на цокольном этаже здания неподалеку от Минобороны Савин встречал важных посетителей. К нему приезжали супруги влиятельных генералов, сами военные чиновники (например, главком ВВС П. Дейнекин), политики (премьер Павлов), кое-кто из богемы... Их привлекала возможность пройти диагностику по современному методу с использованием очень дорогой немецкой аппаратуры. (Такое удовольствие и сейчас доступно не всем.) Подспудно формировалась лоббистская группировку.

В конце 1994 — начале 1995 года, когда был уже накоплен достаточно обширный объем информации, Алексей Савин предпринял попытку пробиться на самый верх. У него состоялась встреча с председателем Совета безопасности Олегом Лобовым. Специально для Лобова на базе «Монинской лаборатории проблем нетрадиционных перемещении в пространстве» устроили выставку. В частности, ему демонстрировали отчеты 1993 года о том, как «спецоператоры» (они же экстрасенсы) Савина, не выходя из Генштаба, обнаружили склады оружия и боеприпасов в Москве, а также некоторых укрывшихся ополченцев из мятежного Верховного Совета, за что «экстрасенсам» приказом по Минобороне и объявили благодарность. Несмотря на впечатляющие документы, с Лобовым ничего не вышло. Он дружил с Асахарой.

Но Савин был последовательным. Он уговорил первого заместителя начальника Главного оперативного управления Генштаба Анатолия Квашнина принять пару «экстрасенсов». Тот долго отшучивался, но «спецоператоров» принял, и они предсказали ему будущее в должности начальника Генштаба. Квашнин не поверил и отправил гостей восвояси... А когда стал-таки начальником, вызвал Савина и разговаривал с ним уже без скепсиса.

Эксперименты на людях



Среди массы направлений, которые курируют в в/ч 10003. Есть пара наиболее примечательных. Одно из них заключается в сборе и анализе оккультных и эзотерических учений. Именно в его рамках пытаются создать универсальную мировоззренческую концепцию. Другое включает работу над раскрытием «резервных возможностей» человека. Оба труда нуждаются в экспериментах. И морские свинки для этого явно не подходят.

В 1994-1995 годах два методиста из «Колледжа информационных технологий» (дочерняя структура в/ч 10003, расположенная в здании факультета внутренних войск Военного университета МО) Елена Климова и Елена Невзорова проводили масштабную работу по обучению спецназовцев из Чучковской бригады локальным приемам саморегуляции: обезболиванию, обездвижению и т. д. Обычно, занимались с группой из 10-15 человек. Солдаты срочной службы по всем бумагам проходили как уволенные в запас. Почти одновременно «резервные возможности» раскрывали у курсантов Академии им. Дзержинского.

В тот же период ассоциация военных психологов при Военном университете МО в лице исполнительного директора И. Лебедева заключила договор о сотрудничестве с Центром психофизического совершенствования «Единение» в лице председателя правления В. Баранова на апробирование целого ряда психологических методик, несмотря на то, что в центре свято верили в «абсолют», а за умеренную плату учили людей летать, телепортироваться и жить вечно.

Тогда же Алексей Савин поддержал ассоциацию «Армия и общество» при Военном университете. На одну из секций стали приглашать всевозможных «знатоков» по саморегуляции. Их лекции и практические занятия посещали военнослужащие (по желанию). Если у знатока что-нибудь получалось при непосредственном контакте с «человеческим материалом», на него обращали внимание в савинской группе.

Тот свет в конце тоннеля



Возникает вопрос: насколько все это серьезно и зачем это нужно Министерству обороны. Возможны три версии.

Первая — простейшая. Увлечение мистицизмом всегда было индикатором разложения какой-либо общественной структуры. Помнится, в римской армии времен падения империи он распространился, чуть ли не поголовно. И через некоторое время армия перестала существовать.

Вторая — финансовая. По нашим сведениям, на разработки в области неведомого выделяют большие средства (причем, как водится, деньги перечисляют не самым умным, а самым шумным). Исследования же в этой области настолько специфичны, что и отчитываться за них можно весьма расплывчато. Для предприимчивого человека — это золотое дно.

Третья — политическая. Минобороны проявляет интерес к мистике не потому, что хочет получить ключи от райских врат или «астральные» откровения — это сказки для неуравновешенных или прикрытие для любопытных. Военных экспертов, прежде всего, волнуют психологические механизмы оккультных и эзотерических практик. Обладая такими знаниями можно овладеть социальными процессами, поведением общественных групп или построить уникальную иерархическую систему подчинения, в которой немыслим не то, что бунт, но и само зарождение недовольства.

Значит, в перспективе, армия сможет поделиться новоиспеченной идеологией со всей страной. Ведь технологии построения устойчивой системы подчинения могут быть использованы не только в военных или оборонных целях, но и в мирной жизни (не отсюда ли социальный заказ от государственной власти?). Достаточно взглянуть на Калмыкию: заоблачная «бумба» — священная земля. Илюмжинов в качестве единственного справедливого человека-бога, знающего «правду»... Именно поэтому возникает разумное опасение за дальнейшую судьбу этих разработок и сожаление, что их не контролирует научная общественность.

Проводя тайные эксперименты, военные рискуют привести в движение неведомые социальные механизмы, из тех, что интуитивно использовали, например, основатели «Белого братства». В условиях отечественного кризиса такой «сюрприз» придется весьма кстати.

Скорее всего верны все три версии, причудливо переплетенные и взаимно мотивированные.

В связи с этим возникает несколько вопросов:



1. Знают ли в Российской академии наук, в Министерстве здравоохранения, в ФСБ и Госдуме о научной и околонаучной деятельности, а также об экспериментах под эгидой Минобороны?

2. Прошла ли эта деятельность соответствующее лицензирование, подконтрольна ли она кому-нибудь? Проводилась ли независимая экспертиза?

3. Пытается ли хоть кто-нибудь спрогнозировать последствия подобной активности для отдельных людей и для общества в целом?

К верховной государственной власти у нас вопросов нет (см. документ за подписью Т. Дьяченко). В начале нынешнего лета ГРУ, Военно-научное управление Генштаба и представитель группы А. Савина подготовили доклад президенту о положении дел в необычной отрасли. В частности, было сказано, что мы уступили приоритет американцам, а зарубежные разведки проявляю! все нарастающий интерес к нашим специалистам.

Доклад не состоялся. Его завернули на полпути. Президенту не до высоких материй.

P.S. Мы планируем продолжить тему армейских исследований в области непознанною, постараемся рассказать о бизнес-версии и происходящего и ответить на вопрос: почему на отдельные, я том числе и сомнительные, разработки выделялось тик много средств, а ученым-исследователям (за которыми охотятся разведки) доставалось так мало.

  • 1849
  • Ufolog.ru
комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут добавлять комментарии. Войдите, пожалуйста.