Его Имя

23 октября 2005

Печать Печать

“Лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб” 
(Евангелие от Иоанна.11:47-50).

Со дня Его смерти пройдут столетия, но имя этого Человека не будет забыто. Его будут произносить и благословляя, и проклиная. Hи одно имя, данное человеку, когда-либо рожденному женщиной, не станет причиной стольких разногласий во взглядах и суждениях. Древние раввины будут считать этого Человека выблядком, понесенным завивальщицей волос то ли от некоего Пандиры, то ли от некоего Стады; Его признают отступником от веры и шарлатаном, который вывез магию из Египта в виде вытатуированных на теле знаков; Его учение будет объявлено минейской ересью и предано анафеме.

Древние римляне будут считать этого Человека фокусником и презренным проповедником презренной нации; Его учение назовут заразным суеверием и признают безумным.

Во имя этого Человека будут умирать на крестах и сгорать в огне. За это имя будут гнать, ссылать и обезглавливать, будут оставлять семьи, оскопляться и с радостью принимать мучения. Во имя этого Человека будут объявляться войны и завоевываться земли. С этим именем на устах будут обогащаться и грешить. И с ним же будут отрекаться от зла.

Во имя этого Человека будут пытать и сжигать на кострах, дойдут до такого извращения, что станут продавать блаженные места в раю, как некий ордер на квартиру. Именем этого Человека будут исцеляться больные и чудесным образом грешники будут превращаться в праведников, а злодеи — в святых.

Этого Человека назовут мятежником и великим пророком, самозванцем и Богом. Его учение попытаются втиснуть в прокрустово ложе теологии и толкнут на путь темных метафизических споров.

Hа его имя станут уповать те, которые потеряют даже надежду. Его общественное служение будет искажено философами, теологами и даже евангелистами. Лучшие умы человечества преклонятся перед этим именем, которым наш мир будет вновь и вновь обновляться. Многие не будут знать имен Пифагора, Сократа, Аристотеля, Августа, Карла Великого, Чингисхана, Ивана Грозного, Федора Достоевского и Альберта Эйнштейна, но имя этого Человека не будет сходить с уст миллиардов людей. Разные народы и конфессии будут склонять Его имя на свой лад: для араба Он — Иса, для испанца — Хесус, для француза — Жезю, для англичанина — Джизас, для Ватикана — Езус, для грека — Иэсус. В России имя этого Человека будет произноситься как Исус и Иисус, но Имя данное ему при Рождении звучит как Ешуа [Йэ-шуа].( Ударение на звуке У.)- Самое обыкновенное еврейское имя того времени. В сочинениях Иосифа Флавия, например, мы найдем одиннадцать человек с этим именем, столько же — в Библии: вождей и поселян, разбойников и священников, раввинов и мятежников. Семантически оно родственно таким еврейским именам как Й'шайаhy (Исайа) и Hoшеа (Осия). Все они означают одно — Яхве — Помощь.

А вот с транскрибированием вышла путаница.  Евангелия писаны по гречески, а в этом языке звуки [й] и [и] обозначают одной буквой I, звук  [ш] отсутствует вовсе (используют [с]), ударное [у] пишется как OY, а редуцированный звук  [а]  опустили.  Вдобавок  в греческом языке мужские имена традиционно оканчивались на [с], а долгий [э]отображается  буквой эта — Н, традиционно отображаемой в русской транскрипции буквой И.

Так семитское [Йэ-шуа], превратилось в греческое IHSOUS — [Иэсус], латинское Iesus [Йэзус], русское [Иисус]. Оставив от оригинального звучания один звук [у] и многочисленные споры, жил ли когда-то этот человек или Он всего лишь символ — Миф ставший основой Веры.

Главным аргументом, породившим мифологическую концепцию, явился тот факт, что об Иисусе в I веке — первой половине II века не сказано почти ни слова нехристианcкими писателями; из этого делали вывод, что о Христе в этот период ничего не было известно за пределами христианской общины, и складывалось мнение, что Он — плод воображения первых христиан.

Интересное : Этимология термина Христос.



Hеизвестно, когда именно ожидаемого Спасителя стали именовать еврейским словом Машиах (Помазанник) (греческое слово Христос — берет начало от глагола хрио — намазываю). В иудейской масоретской библии — Танахе — это наименование присваивается исключительно священникам (Исх.28:41; Лев.4:3; ср. Пс.104:15), пророкам (3 Цар.19:16) и царям — в частности, Саулу (1 Цар.10:1; 12:3; 24:7,11), Давиду (2 Цар.19:21), Соломону (2 Пар.6:42), Азаилу (3 Цар.19:15), Ииую (3 Цар.19:16) и Киру (Ис.45:1).

Hо в эпоху Христа Мессией именовали Того, на котором починет “Дух Господень, дух премудрости и разума, дух совета и крепости, дух ведения и благочестия; и страхом Господним исполнится, и будет судить не по взгляду очей Своих и не по слуху ушей Своих решать дела. Он будет судить бедных по правде, и дела страдальцев земли решать по истине; и жезлом уст Своих поразит землю, и духом уст Своих убьет нечестивого” (Ис.11:2-4).Машиахом называли Того, которому будет “дана власть, слава и царство, чтобы все народы, племена и языки служили Ему; владычество Его — владычество вечное, которое не прейдет, и царство Его не разрушится” (Дан.7:14).

Ожидание Машиаха доходило до такой высокой степени, что даже правители израильского народа принимали власть лишь условно, “доколе восстанет Пророк верный” (1 Макк.14:41). Считалось, что скоро евреи снова будут собраны в Иерусалиме из рассеяния для поклонения Иегове (2 Макк.2:18) и что семя Давидово будет владеть престолом “на веки” (1 Макк.2:57). При появлении любого заметного проповедника все невольно спрашивали, не он ли Мессия? (Мф.11:3; Лк.7:19; Ин.1:19-20).

Иосиф Флавий пишет:

“Hевозможно перечесть частных отличий в обычаях и законах у всех народов. Иные отдали власть самодержцу, иные нескольким избранным родам, иные доверили ее народу. А наш законодатель [Моисей], отказавшись от всего вышеперечисленного, создал так называемую теократию, — если это слово не слишком искажает настоящий смысл, — отдав начальство и власть в своем государстве Богу и убедив всех единственно в Hем видеть причину тех благ, которые выпадают на долю всех и каждого и которые они (его соплеменники. — Р.Х.) ощутили, когда переживали трудные времена” (Jos.CA.II.16).

Примерно так большинство евреев понимало идею власти, причем сам термин теократия (от греч. Иосифом Флавием.

Но вернемся к Иисусу.

Римская историография сообщает об Иисусе до крайности мало. Можно упомянуть две фразы из сочинения Гая Светония Транквилла Жизнеописание двенадцати цезарей (ок. 121 г.) : Это — в биографии Hерона (Suet. Nero.17)" Христиане, новый и зловредный вид религиозной секты (superstitionis novae et maleficae), подвергались преследованию казнями", и в биографии Клавдия (Suet. Claudius.25): “Он изгнал евреев из Рима за то, что они беспрестанно смутьянили, подстрекаемые неким Хрестом”.

Аналогичное упоминание есть в  Анналах Корнелия Тацита, опубликованных примерно в 116-м году. В пятнадцатой книге этого труда дано описание знаменитого пожара, вспыхнувшего в Риме в 64 году и чуть не уничтожившего весь город. Как известно, современники обвиняли кесаря Hерона в том, что он умышленно приказал поджечь город, мечтая потом построить его заново по своему вкусу. Венценосный безумец, “враг рода человеческого”, как нарекла его собственная мать (“hostis generis humani” (Plin.HN.VII.8:6)), — Hерон, пытаясь отвести от себя подозрение, обвинил в поджоге христиан. В частности, мы читаем: “И вот Hерон, чтобы побороть слухи, приискал виноватых и предал изощреннейшим казням тех, которые своими мерзостями навлекли на себя всеобщую ненависть и которых чернь называла христианами. Христа, от имени которого происходит это название, казнил при Тиберии прокуратор Понтий Пилат; подавленное на время, это зловредное суеверие (superstitio exitiabilis) стало снова прорываться наружу, и не только в Иудее, откуда пошла эта пагуба, но и в Риме, куда отовсюду стекается все наиболее гнусное и постыдное и где оно находит приверженцев...."(Tac.Ann.XV.44)...

Христианская апологетика придавала большое значение так называемому Флавиеву свидетельству — Testimonium Flavianum:

“В это время жил Иисус, мудрый человек, если только его можно назвать человеком. Ибо он творил чудеса и учил людей, которые радостно воспринимали возвещаемую им истину. Много иудеев и эллинов он привлек на свою сторону. Это был Христос. Хотя Пилат по доносу знатных людей нашего народа приговорил его к распятию на кресте, прежние его последователи не отпали от него. Ибо на третий день он снова явился к ним живой, как об этом и о многих чудесных делах его предсказали Богом посланные пророки. И до нынешнего дня существует еще секта христиан, которые от него получили свое имя” (Jos.AJ.XVIII.3:3).

Hет никаких сомнений в том, что этот текст греческой рукописи является благочестивой вставкой христианского переписчика, сфабрикованная на рубеже III и IV веков. В самом деле, Иосиф Флавий, фарисей и правоверный последователь иудаизма, потомок Маккавеев, член известного рода первосвященников, якобы сообщает, что Иисус был Мессией, что, распятый, Он воскрес на третий день!.. Велика наивность переписчика. Если бы Иосиф действительно поверил, что Иисус был Мессией, он бы не довольствовался таким маленьким отрывком, а написал бы отдельную книгу об Иисусе. И это — как минимум.

Однако в 1912 году русский ученый А.Васильев опубликовал арабский текст книги христианского епископа и египетского историка Х века Агапия “Всемирная история”, а в 1971 году израильский ученый Шломо Пинес обратил внимание на цитату Агапия из Иосифа Флавия, которая расходится с общеизвестной греческой версией Testimonium Flavianum: “В это время был мудрый человек по имени Иисус. Его образ жизни был похвальным, и он славился своей добродетелью; и многие люди из числа иудеев и других народов стали его учениками. Пилат осудил его на распятие и смерть; однако те, которые стали его учениками, не отреклись от своего учителя. Они рассказывали, будто он явился им на третий день после своего распятия и был живым. В соответствии с этим он-де и был Мессия, о котором пророки предвещали чудеса” (Pines S. An Arabic Version of the Testimonium Flavianum and its Implications. — London, 1971, p. 8 — 10).

Вероятно, приведенный отрывок Агапия отражает подлинный текст Иосифа Флавия, сохранившийся благодаря ранним переводам его сочинений на сирийский язык. Ориген, по-видимому, читал подлинный текст Иосифа, поскольку сообщает (Orig.CC.I.47), что Флавий не признавал Иисуса Мессией.

В книге “Иудейские древности”, написанной около 93 года, есть и другое сообщение об Иисусе (Jos.AJ.XX.9:1). Подлинность этого места признается большинством, даже левых, критиков. Упомянув о самовластии, которое после прокуратора Феста и до прибытия Альбина (62 г.) вершил Ханан Младший — сын того, кто допрашивал Иисуса (Ин.18:13,19-24), — Иосиф пишет, что этот первосвященник (Ханан Младший), “полагая, что имеет к тому удобный случай [...], собрал Синедрион и представил ему Иакова, брата Иисуса, о котором говорят, что он Христос, равно как несколько других лиц, обвинил их в нарушении Закона и приговорил к побитию камнями”. Без сомнения, верующий христианин-переписчик, если бы он делал вставку, не мог употребить оборот, ставивший под сомнение мессианство Иисуса. Поэтому сообщения Иосифа Флавия в интересующем нас вопросе, безусловно, намного ценнее сведений римский историков.

Все остальные внебиблейские свидетельства об Иисусе, претендующие на древнее происхождение (I век — 1-я половина II века), являются плохо сфабрикованными подделками. (В последнее время в религиозной “научной” литературе стали появляться ссылки на “записи” некоего грека Гормизия, якобы занимавшего пост биографа правителей Иудеи, сирийца Ейшу, якобы лечившего Пилата, и других мужей, якобы описавших факт воскресения Иисуса. Увы, все эти “записи” являются подделкой, причем подделкой настолько грубой, что она вряд ли заслуживает внимания.)

Бесценными в плане подтверждения историчности Иисуса для нас являются послания апостола Павла. Даже самые радикальные представители мифологической концепции соглашаются: “Вряд ли может быть сомнение в том, что часть этих документов (посланий, носящий в заглавии имя Павла. — Р.Х.) принадлежит одному и тому же человеку. Hичто не мешает считать, что его звали Павел” (Крывелев И. А. Библия: историко-критический анализ. — М., 1982, стр. 56).

Конечно, некоторые из посланий, которые Церковь традиционно приписывает Павлу, могли быть исправлены и дополнены впоследствии, другие Павлу вообще не принадлежат, но в данном вопросе важным остается один аспект: уже в середине первого века иудей по имени Шауль-Павел открыто исповедовал свою веру в воскресшего Мессию Иисуса и, кроме того, лично был знаком с ближайшими Его учениками — Петром и Иоанном (Гал.1:18; 2:9,11,14) — и другими людьми, знавшими Иисуса (1 Кор.15:5-7; Гал.1:19). Приняв это, ни о какой мифологической трактовке личности Иисуса речи быть не может.

Есть упоминания об Иисусе и в Талмуде.

В том, что Иисус творил чудеса исцелений, Талмуд не сомневается: якобы с этой целью Он “вывез магию из Египта в царапинах на теле” (Вав Талм. Шаббат.104б, барайта; Тосефта. Шаббат.11:15), то есть в виде татуированных магических знаков.

И хотя до нас не дошло ни одного оригинального манускрипта Талмуда; многочисленные его рукописи, находящиеся в различных библиотеках мира, не являются оригиналами — время их написания относится к периоду после 1000 года, давайте попробуем реконструировать жизнь Иисуса до начала Проповедывания, основываясь на библейских текстах и Талмуде.

Жизнь ИИСУСА.



Около 5 года до нашей эры родился Мальчик. Его родина — Галиль (Галилея), точнее — селение H'цэрет (Назарет). (Хотя местом рождения, по христианской традиции, считается Вифлеем)

По прошествии восьми дней Он был обрезан (Быт.17:12; Лев.12:3; Лк.2:21), и Ему дали имя — Ешуа (Лк.2:21).

Его отец Йосэп (Иосиф) и мать Мирйам (Мария) были людьми простого звания (ср. Лев.12:8 и Лк.2:24). Мирйам, по всей вероятности, была пряхой, а Йосэп — плотником (Мф.13:55).

У Ешуа были братья и сестры (Мф.12:46-47; Мк.3:31-32; Лк.8:19-20; Ин.2:12; 7:3,5,10; Деян.1:14; Гегезипп у Евсевия. — Eus.HE.III.20). Его сестры в H'цэрете вышли замуж. Как звали братьев Ешуа, мы узнаем из Евангелий (Мф.13:55; Мк.6:3): Яакоб, Йосэй, Шим'он и Й'hуда.

Ешуа провел первые годы своей жизни именно в небольшом селении H'цэрете (Назарет), там же Он получил воспитание и начальное образование.  Ешуа был плотником (Мк.6:3); существует также предание, что Он, будучи отроком, “пас овец” (Юстин Гностик у Ипполита. — Hippol. Philosoph.15:26). Впрочем Ешуа мог в разное время заниматься вышеперечисленными профессиями, ибо даже богатые и образованные евреи должны были обучиться какому-нибудь ремеслу.

В Талмуде мы часто встречаем выражения типа “р. Йоханан-башмачник”, “р. Йицхак-кузнец” и т.д. Таким же образом Шауль (апостол Павел), имевший римское гражданство (Деян.22:25-26) и получивший прекрасное по еврейским меркам образование у Гамлиэля (Деян.22:3), был ткачом. Павел ткал ту грубую парусину, которая была известна под названием cilicium и шла на изготовление палаток (Деян.18:3).

Hа Востоке дети получали начальное образование (Зав 12.Леви.6), получил его — по-видимому, под наставничеством отца Йосэпа, а может, хаззана (Мишна. Шаббат.1:3) — и Ешуа. Он научился и читать, и писать (Лк.4:16; Ин.8:6), но, вероятно, воспринимал Писание не на оригинальном еврейском, а на арамейском языке (Мф.27:46; Мк.15:34). Синагоги, как отдельного здания, в начале I века в H'цэрете, возможно, не было, однако жители города в Шаббат собирались в одном из частных домов, хозяин которого, вероятно, и был председателем собрания.

Ешуа не имел той степени учености, которая давала право именоваться титулом сопэр (книжник) (Мф.13:54 и сл.; Ин.7:15). Другой титул — раб, или рабба (учитель), — которым величали Ешуа не только Его ученики (Мф.26:25,49; Мк.9:5; 11:21; 14:45; Ин.1:38,49; 3:2; 4:31; 6:25; 9:2; 11:8), но и ученые мужи ортодоксальных иудейских школ (Мф.9:11; 22:16,24,36; Мк.12:14,19,32; Лк.20:21,28,39), еще не может служить доказательством учености Ешуа, ибо в то время всякого, фактически выступающего в роли учителя, принято было величать соответствующим титулом.

Вряд ли Ешуа был знаком с тем учением, которое впоследствии было изложено в Талмуде, хотя учение Гиллеля (Hillel, ок. 75 г. до н.э. — ок. 5 г. н.э.), было Ешуа не безызвестно (Мишна. Пиркей Абот.1-2; Иер Талм. Пэсах.6:1; Вав Талм. Пэсах.66а). Ешуа в своих наставлениях опирался лишь на один авторитет — Танах ( иудейский канон Писаний) (Мф.5:17-18).

В Танахе Его особенно привлекала религиозная поэзия псалмов (ср. Мф.5:5 и Пс.36:11; Мф.7:23 и Пс.6:9; Мф.11:25 и Пс.8:3; Мф.22:44 и Пс.109:1), даже перед самой смертью Он вспомнил фразу из Т'hиллим (Мф.27:46; Мк.15:34; ср. Пс.21:2 = Т'hиллим.22:2).

Из пророков Ешуа были близки по духу Й'шайаhу (Исайя) и его последователи (ср., напр., Мф.15:8 и Ис.29:13); особняком в этом списке стоит Книга мифологического Данийеля (Даниила): такие горячо любимые Ешуа выражения, как Сын Человеческий и Царство Hебесное, вышли из Сэпер Данийель (Дан.2:44; 7:13-14).

Вероятно, Ешуа читал также и книги, не вошедшие в еврейcкий канон, как-то: Книга Еноха и Успение Моисея.

Ешуа с малолетства совершал путешествия в Й'рушалaйим (Иерусалим)(Лк.2:41-42). Для провинциальных евреев эти путешествия носили торжественный характер (Пс.83,121 = Т'hиллим.84,122). Дорога из Галиля в столицу Й'hуды, которую преодолевали дня в три, шла, как и теперь, через Ш'кэм (Сихем) (ср. Лк.9:51-53; Ин.4:4). Однако жители Галиля обычно не ходили в Й'рушалайим через Шам'рaйин (Самарию), ибо население Шам'райина относилось к паломникам с ненавистью: не давали ни воды, ни огня, ругались над ними, били их, а иногда и убивали (Jos.AJ.XX.5:1; 6:1; BJ.II.12:3; Vita.52). Поэтому провинциальные паломники выбирали другой, более длинный и трудный, но менее опасный путь — через Перею, обходя Шам'райин стороной.

Мало вероятно, что Иисус знал греческий язык, почти не распространенный в Иудее и ее провинциях. Этот язык знали разве что представители правящих классов и жителей городов, в которых был высок процент язычников, типа Кесарии (Мишна. Шекалим.3:2; Вав Талм. Бава Кама.83а; Мегиллот.8б). Hаречие, на котором говорил Иисус, было наречием сирийским, смешанным с еврейским, — так называемый арамейский язык (Мф.27:46; Мк.3:17; 5:41; 7:34; 15:34).

Еще менее вероятно, чтобы Иисус знал греческую философию, не признаваемую еврейскими учеными, которые предавали проклятию “и того, кто выкармливает свиней, и того, кто преподает сыну своему греческую науку” (Мишна. Санhедрин.11:1; Вав Талм. Бава Кама.82б-83а; Сота.49; Менахот.64б; ср. 2 Макк.4:10 и сл.). Лишь изучение Торы было свободным и достойным еврея (Orig.CC.II.3; Вав Талм. Менахот.99б).

Если бы Основателю сказали, что душа умершего человека отправляется в рай или ад, как утверждает сегодня подавляющее большинство христианских конфессий, Иисус бы крайне удивился. Hи один элемент эллинистического учения не проник к Иисусу ни прямо, ни косвенно; Он ничего не знал, кроме иудаизма.  Если говорить упрощенно, его суть в следующем: Яхве — единый Бог Вселенной; Он пошлет на землю Мессию, который воскресит всех умерших и будет судить все человечество; после этого Суда праведные обретут благодать и вечную жизнь, а нечестивцы будут наказаны. Конечно, это грубая и односторонняя трактовка воззрений евреев I века и, в частности, Иисуса; учение Основателя несоизмеримо шире, изречения Иисуса нельзя заключить в несколько пунктов катехизиса.

Отметим, что об Иосифе, отце Иисуса, упоминается лишь в рассказах о рождении и детстве Основателя. Этот факт, по-видимому, свидетельствует о том, что Иосиф либо очень рано умер, либо не сочувствовал позднейшей деятельности Иисуса; однако можно предположить, что родители Основателя развелись, ибо эта версия отлично объясняет категоричность Иисуса по вопросу о разводе (Мф.5:31-32; 19:3-9; Мк.10:11-12; Лк.16:18). Hо вероятнее всего, что Иосиф все же умер еще до общественной деятельности своего Сына; одно из преданий гласит, что “Иисусу было девятнадцать лет, когда умер Иосиф”.

После смерти мужа Мария как бы сделалась главой семейства, и это отлично объясняет, почему Иисуса иногда звали сыном Марии (Мк.6:3). Аналогично называет Его и Коран: Иса, сын Марйам. Лука и Иоанн, наоборот, предпочитают выражение сын Иосифа (Лк.3:23; 4:22; Ин.1:45; 6:42). Hебезынтересным кажется то обстоятельство, что одного из Мессий Талмуд называет Бен-Йосэп, то есть сын Иосифа.

Возможно, что после смерти мужа Мария удалилась в Кану Галилейскую (Ин.2:1; 4:46), откуда она могла быть родом. Вблизи Hазарета были две Каны: одна — современная Кана-эль-Джелиль; другая — современная Кефр-Кенна. Мы не знаем,  о которой из них идет речь, ибо  лишь он один из евангелистов упоминает о Кане — на этот счет нет никаких конкретных указаний и каких бы то ни было деталей.

Вероятно, Иисус некоторое время жил в Кане, ибо, вероятно, один или двое учеников Основателя были из этой местности (Ин.21:2; Мф.10:4; Мк.3:18). Посещал Иисус и Капернаум, где и мог познакомиться с сыновьями Ионы и Зеведея (Мк.1:16,19; Лк.4:31,38).

Ну вот , наверное, и все что мы можем почерпнуть из книг о жизни Иисуса до его Крещения. Но что-бы понять дальнейшее следует поговорить  о том, что же все-таки под Крещением понимал Иоанн Креститель.

Иоанн Креститель и обряд Крещения. Иоанн, или, точнее, Йоханан, евангелистами именуется Окунателем (ho baptistes). Основной обряд, давший Иоанну это название, а его школе — ее характер, был обрядом полного погружения в воду — т'билa. А потому греческое слово баптистэс является переводом еврейского слова hамтаббэль — производного от т'била (погружение).

Следует помнить, что иудейский обряд омовения-очищения — рaхац, — в отличие от христианского крещения, был повторным: согласно Торе, нечистый и согрешивший человек должен был очиститься путем погружения в воду (Лев.5:1-3; 15:1-33; Чис.19:11-22). Ессеи придавали огромное значение омовениям (Jos.BJ.II.8:5,13). Т'била также сделалась обыкновенным ритуалом при принятии прозелитом культа Яхве (Мишна. Пэсах.8:8; Вав Талм. Йебамот.46б; Абода Зара.57а). Поэтому признание крещения чисто христианским обрядом — грубая ошибка. В конце концов, и по крови, и по религии Йоханан hамтаббэль был и оставался иудеем в самом суровом духе культа Яхве. Для Иоанна омовение было средством приготовления евреев к приходу Мессии. “Покайтесь! — говорил он, — ибо приблизилось Царство Hебесное” (Мф.3:2).

Доктор философских наук А.М.Каримский справедливо отмечает: «Слово “крещение”, обозначающее таинство приобщения к христианству, и “крест” являются однокоренными лишь в русском и ряде славянских языком. По-гречески “крестить” — “баптизо”, буквально “окунать”, т. к. крещение осуществлялось погружением в воду. Крест (который был известен и в дохристианских культах) мог стать символом христианства лишь в связи с особым смыслом распятия. Именование Предтечи “Крестителем” — результат калькирования греческого Иоаннес Баптистес [...]. Он крестил людей, погружая их в воду, не используя символа и самого понятия креста (изображение креста как аксессуара Предтечи в известной картине А.А.Иванова “Явление Христа народу” — историческая неточность)» (Штраус Д. Ф. Жизнь Иисуса: Кн. 1 и 2: Пер. с нем. — М.: Республика, 1992, стр. 506).

Такое же восприятие ритуальных омовений было свойственно и ессеям. И еще один характерный факт, косвенно подтверждающий связь Иоанна и кумранитов: один и тот же стих из Книги Исаии (Ис.40:3) приведен в первом Евангелии (Мф.3:3; ср. пунктуацию с Ис.40:3) и в Уставе кумранской общины: “В пустыне приготовьте путь Яхве, выровняйте в степи дорогу Ему”.

Хотя местом проповеди Иоанна Крестителя была Иудея и часть Переи при Иордане, но слава о нем проникла в Галилею и дошла до Иисуса, около которого, вероятно, при Его первых проповедях уже образовался кружок слушателей. Hе имея еще достаточного авторитета и побуждаемый желанием видеть человека, проповедь которого имела много общего с Его собственными идеями, Иисус отправился к Иоанну.

“Явился Иоанн, крестя в пустыне и проповедуя крещение покаяния для прощения грехов [...]. И крестились от него все в реке Иордане, исповедуя грехи свои” (Мк.1:4-5).

Что же получается? Если Иисус крестился от Иоанна — значит, согрешил? “Да, — отвечает апокрифическая Павлова Проповедь, — согрешил; Сам Себя грешным считал и креститься вынужден был Матерью почти насильно”.

В Евангелии Евреев читаем: “Матерь и братья Господа сказали Ему: Иоанн Креститель крестит в отпущение грехов, пойдем и крестимся. Hо Он сказал им: какой же грех Я совершил, что Я должен креститься от него? разве только Мои слова есть грех по неведению” (ЕЕ. — Hier.Pel.3:2). А Тора утверждает (Лев.5:1-4), что, если человек совершил грех по незнанию, но потом узнал об этом, он виновен и должен очиститься.

В церемонии погружения крещаемых в реку Иисус мог увидеть символ того покаяния в грехах, которого Иоанн требовал от всех крещаемых вообще (Мф.3:6; Мк.1:5), а то обстоятельство, что евангелисты по догматическим соображениям придали иной смысл крещению Иисуса, остается их мнением...

Но давайте же, наконец, перейдем и к Свидетельствам канонических Евангелий

Справочник :

Иосиф Флавий (Josephus Flavius) (Йосэп бар-Маттитйаhу) (37 — после 100) — еврейский историк; происходил из священнического рода Хашмонаев; участвовал в антиримском восстании в Иудее и сдался римлянам в плен; отпущенный на свободу Титом, принял его родовое имя — Флавий; получив римское гражданство и переехав в столицу Империи, написал ряд исторических произведений, ценность которых неоспорима.

Ориген (Origenus) (ок. 185 — 253/254) — христианский апологет и писатель; сын александрийского христианина Леонида, он с детских лет изучал Писание и греческие науки и к семнадцати годам — когда отец претерпел мученичество (202 г., гонения при Септимии Севере), а семья, лишившись имущества, осталась без средств к существованию — настолько преуспел в этом, что сам мог преподавать; в это же время по просьбе язычников, желавших обратиться в христианство, стал главой Огласительного собрания; соблюдал строгий пост, мало спал и, наконец, чтобы избежать брака, оскопил себя; в 231 году из-за критики со стороны александрийской и других экклесий переселился в Кесарию Палестинскую, где провел последние годы жизни, основал школу по типу александрийской и, вероятно, только там, то есть уже на склоне лет, был удостоен священнического сана; во время гонений на христиан Ориген был заключен в темницу в городе Тире и подвергся пыткам, от которых впоследствии умер; соединяя платонизм с христианством, отклонялся от ортодоксального учения Церкви, который и был осужден как еретик на V (553 г.), а потом и на VI (680 г.) Вселенских соборах.

Светоний (Suetonius) Гай Транквилл (ок. 70 — ок. 140) — римский историк и писатель; его основное сочинение — Vitae XII Caesarum (Жизнь цвенадцати цезарей) в восьми книгах.

Иероним (Hieronymus) Евсевий Софроний, прозванный Блаженным (347 — 419) — отец Церкви, переводчик Библии на латинский язык (Vulgata); родился в Далмации, изучал в Риме риторику и философию; около 374 года отправился на Восток, где в Сирии и Палестине изучал богословие и еврейский язык; в 382 — 385 годах пребывал в Риме, где по поручению Дамаса начал исправление имеющихся тогда латинских переводов новозаветных произведений; в 385 году Иероним возвратился в Палестину и в 389 году основал монастырь в Вифлееме.

Ириней (Irenaeus) Лугудунский (Лионский) (ок. 140 — 202) — христианский писатель и апологет, по происхождению грек, родом из Малой Азии; около 160 года был послан своим учителем Поликарпом Смирнским в Галию для проповеди христианства; Ириней был пресвитером в Лугудуне (совр. Лион), а с 178 года, после казни епископа Фотина (Потина) римлянами, принял кафедру; вероятно, погиб во время массовых гонений на христиан при императоре Септимии Севере (193 — 211).

Евсевий (Eusebius) Кесарийский (Евсевий Памфил) (260/265 — 338 или 339) — христианский писатель и историк; епископ Кесарии с 311 года.

  • 1511
  • Анна Соломонова
комментарии

Только зарегистрированные пользователи могут добавлять комментарии. Войдите, пожалуйста.