Фамилия Борозденко образована по одной из самых распространённых в украинской ономастике моделей: с помощью суффикса -енко, который в XVI–XVII веках означал «сын» или «потомок». То есть Борозденко — буквально «сын Борозды», «потомок того, кого прозвали Бороздой».

В основе прозвища Борозда лежит нарицательное «борозда» — полоса, канавка, которую проводит соха или плуг. В прямом смысле так могли назвать крестьянина-земледельца, пахаря. Однако в говорах у слова были и переносные значения: в некоторых регионах «бороздой» называли угрюмого, нелюдимого человека или того, кто ходит, глубоко задумавшись, словно «пропахивает» землю взглядом. Какая из версий верна для конкретного предка, теперь не установить, но обе вполне правдоподобны.

Фамилии на -енко исторически закрепились прежде всего на Левобережной и Слободской Украине, в меньшей степени — на юге России. Борозденко, скорее всего, родом из этих краёв. Интересно, что в русских документах встречается и фамилия Бороздин — с патронимическим суффиксом -ин. Борозденко и Бороздин — однокоренные, но первая указывает на украинскую ветвь рода, а вторая — на северорусскую или московскую, где прозвище Борозда тоже было в ходу, но оформляли его по-другому.

Прозвище Борозда не было редкостью: в древних актах упоминаются крестьяне и посадские люди с таким именованием. Со временем оно полностью заменило собой крестильное имя предка, и в документах фамилия закрепилась уже как наследственная.